Россия потеряла часть своей территории, оформив окончательно передачу Китаю двух островов на Амуре – Тарабарова и части  Большого Уссурийского. В то же время это позволило снять территориальные претензии к нашей стороне со стороны КНР. Ситуацию для «Правды.Ру» комментирует заместитель директора Института стран Дальнего Востока РАН Владимир Портяков.

Что это даёт самой России? Стороны заявляют о том, что «Россия и КНР окончательно урегулировали территориальную проблему, переговоры по которой длились более 40 лет» и что «юридическое оформление границы завершено». А раз так, то отныне между двумя нашими странами должны установиться дружба и сотрудничество.

Заметим, что судьба островов была решена еще осенью 2004 г., когда Россия решила их добровольно передать Китаю. Китайцы же заметно спешили: еще летом 2007 г. до официальной передачи этих земель они установили свои пограничные столбы, оплетя «свои» территориальные приобретения колючей проволокой.

Но почему тогда мы что-то уступаем? Напомним, что в XVII веке Китай, находясь в самоизоляции, фактически проворонил Сибирь. А на необжитые амурские берега пришли казаки-первопроходцы. Освоив левый берег Амура, они перешли на правый, где и основали в 1651 г. знаменитый Албазинский острог. Через 35 лет манчжуры опомнились и решили, что казаки пришли на «их землю». Почти всю вторую половину XVII века вокруг Албазина шли ожесточенные сражения.

Однако в 1689 г. Москва по Нерчинскому договору от владений на китайской стороне отказалась и тем самым прекратила войну, которую, по сути, вела лишь горсть казаков. Тогда Россия воевала с Турцией и Крымским ханом, не было спокойно и на западных границах и потому сил на восток уже не оставалось.

Естественно, китайские историки не забывают упомянуть о том, что Россия в результате «неравноправных договоров» в конце XIX–начале XX отторгла у Китая Манчжурию и часть западных районов страны. Впрочем, как показала дальнейшая история, если не мы – то там были бы японцы. И в 1920 г. Пекин, не вложив в эти земли ни копейки, отдав их русским дремучими и дикими, получил обратно развитыми и освоенными. Но как говорится, «недолго музыка играла». В 1931 г. север страны захватила Япония. Однако в 1945 г. их оттуда снова выгнали русские, торжественно передав эти земли китайским товарищам. И интересно, кто после всего этого кому еще должен?

Ситуацию для «Правды.Ру» комментирует заместитель директора Института стран Дальнего Востока Владимир Портяков: «Ничего страшного в произошедшем нет, как нет и претензий Китая на российские территории. Есть лишь ситуация территориального размежевания. В своё время были так называемые „спорные территории“ по границе площадью 33 тысячи квадратных километров. Однако с передачей этих островов этот вопрос закрывается. Напомню, что ими мы владели с 1929 г., когда советские войска разбили силы Чжан Сюэляна и заняли их как победители в том конфликте. Вернуть их мы не успели: в 1931 г. в Китай пришли японцы.

После Второй мировой войны хабаровчане избрали их для своего отдыха и острова стали для них чем-то родным и близким. Передача этих территорий закрывает возможный территориальный спор, несмотря на недовольство части китайцев. Таким образом, подобная сделка представляется разумным компромиссом».

Если не вдаваться слишком глубоко в историю давних территориальных споров с Китаем, то можно сказать, что судьба островов была во многом решена соглашением 1991 г., подписанным президентом СССР Михаилом Горбачевым, по которому граница с Китаем определялась фарватером Амура – по «плавающей», четко не определенной линии.

Стоит заметить, что отдаваемая китайцам территория не просто какие-то Богом забытые островки. Так, в результате передачи части Большого Уссурийского острова может быть нанесен серьезный урон безопасности Хабаровска, имеющего давнее китайское название «Боли». Кроме того, многие местные жители уже свыклись с мыслью, что в результате этой сделки им придется пить «фекалии», поскольку значительная часть используемой ими воды забирается именно в том районе, который отходит китайской стороне.

Многие указывают на то, что после передачи островов между Россией и Китаем установится дружба и все территориальные споры ушли в глубокое прошлое. Вспомним, что некоторые китайские историки считают исконно своими земли от Байкала и до Тихого океана. Кое-кто не против распространить своё влияние еще дальше. Вспоминаются выпускавшиеся при «великом кормчем» Мао Цзэдуне карты Поднебесной, на которых ее границы простирались аж до Уральских гор. К счастью, это сегодня — не официальная точка зрения Пекина.

А что местные жители? Вообще, на Дальнем Востоке трудно найти человека, который бы приветствовал такую демаркацию границы. Крестьянство Хабаровского района из-за этого испытывает убытки: как известно, удобных для ведения сельхозработ земель на Дальнем Востоке и так немного, а тут почти полторы тысячи гектаров важнейших сенокосных угодий оказались за границей. Вместе с плодородными полями китайцам отошли богатейшие охотничьи угодья, нерестилища осетровых рыб и озера с лотосами.

Но был ли иной выход? Говоря о территориальных уступках со стороны России, необходимо вспомнить о том, что последние 20 лет проблемам Дальнего Востока не уделялось должного внимания. В результате российское население частично уезжало «ближе к цивилизации» или начинало смешиваться с китайским. Как известно, в Китае, страдающем от нехватки молодых женщин, стало популярным искать невесту в соседней России. В итоге тысячи русских девушек и молодых женщин уже сделали свой выбор в пользу китайцев. Разумеется, в большинстве случаев дети от этих браков уже не говорят по-русски.

Как итог – налицо деградация российской восточной окраины. Впрочем, положение ещё можно изменить. На Дальнем Востоке, богатом природными ресурсами, следует открыть центры по их переработке, что не только даст работу местным жителям, но и привлечёт дополнительные трудовые ресурсы из других регионов. Кроме того, сам центр просто обязан стимулировать переселение на Дальний Восток особыми надбавками, квартирами и т.п. И если не будут приняты срочные меры, рано или поздно мы эти территории потеряем без всяких договоров и уступок де-факто.

Так что сам по себе этот факт не может быть признан чем-то катастрофическим. Если Китай действительно снял все территориальные претензии (как это объявлено официально), то заключение договора сможет стимулировать развитие двустороннего сотрудничества и совместное противостояние вызовам. А лучший ответ на вызовы, идущие из Китая  — самим быть сильными. Чтобы ни у кого не было соблазна что-то «отхватить».

Правда